?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: литература

Самый верхний пост
remi_meisner
Как вы, товарищи, знаете - пишу я в блог от случая к случаю, когда нахожу свободное время. Между тем, свободного времени у меня не так много, а писать халтурно, на скорую руку, я не люблю. (Скажем, на статью о "Белом Деле" ушло около трёх дней - первый день на работу с разными мемуарами и подборку цитат, второй день на сочинение самого текста, третий день - на окончательную редакцию и поиск иллюстраций.) Потому прискорбно часто в блоге появляются посты, уведомляющие читателей о том, что новых статей не будет в течение недели, месяца, а то и пары месяцев. Желая, чтобы "паузы" случались пореже, а также в связи с настоятельными советами, просьбами и чуть ли не требованиями отдельных товарищей засесть наконец за книгу, я запиливаю верхний пост с номерами счетов, чтобы благодарные читатели завалили меня золотом, мва-ха-ха!!! могли оказать мне скромное финансовое вспомоществование в благодарность за тяжкий писательский труд.
Read more...Collapse )

Очередные Солженицынские Чтения
remi_meisner
Продолжаем неполживый разбор "ГУЛаг'а-Архипелага".

Read more...Collapse )

"Колымские рассказы"
remi_meisner

Read more...Collapse )

Семейство Карамазовых: дворяне, не вписавшиеся в рынок
remi_meisner
Наткнулся в этих ваших инторнетах на статью о гениальном романе Фёдора Михайловича Достоевского "Братья Карамазовы". Автор статьи - довольно-таки известный в РФ попЭ, пан протоиерей Ткачёв. Статья, ясен пень, очень глупая и тенденциозная, как и полагается работе, вышедшей из-под пера попЭ. Читаешь, к примеру, характеристики персонажей - и диву даёшься: ну что за бред?!

Митя, Ваня, Алеша и Смердяков. Из этих стихий состояла Россия Достоевского перед тремя революциями, одной гражданской войной и двумя мировыми войнами. Такой она стояла перед его умным взором до коллективизации, культа личности, оттепели, освоения космоса, горбачевского предательства и ельцинского броневика. Интересно, найдем ли мы эти типы сегодня? Если да, то Россия сохранила себя с точки зрения человеческих характеристик. А вдруг нет? Тогда мы уже другие, или те же, но радикально изменившиеся. То есть какая-то уже совсем другая Россия, которую нужно изучать по другим книгам. Приглашаю вас к размышлению на тему, зная, что исчерпывающего ответа не будет. Но все же…
Митя. Это сильный и неуемный человек. Он страстный, страшный в гневе или хмелю, но честный. Деньгам цены не знает. Для него они всегда средство. Красть, плести интриги – не его стиль. Чужую вину на себя взять он способен. В бой пойти может. Слабого если обидит, то раскается. В правду верит, в любовь тоже верит. Большое дитя с тяжелыми кулаками. Вы таких видели? Лично я видел.
Иван. Далеко зашедший теоретик. Сердце в нем холодное, эгоистичное, а умная голова все время придумывает себе и своему своеволию оправдания. Благо силлогизмы составлять западная наука научила. Иван ведь западник и умник. Он холодный, как змей, и любую теорию выдумать способен. Или из баловства, или из бунта против Бога. Потом эти теории заживут самостоятельной жизнью, хоть бы автор в них и раскаялся.
Алеша – это душа семьи после смерти матери, загнанной в гроб отцом-изувером. Только мать была почти бессловесная, а Алеша умный и говорить может. Он близ старца, за всю семью молитвенник. Ему жалко всех. Всех понять хочется. От грехов человеческих он не отворачивается, но стремиться к евангельской любви ему это не мешает. И в монастырь он идет не оттого, что перед барышнями робеет или фантазировать о духовности любит. Он узнал, сердцем узнал, что во Христе правда, и размениваться не хочет.
Ну, и Смердяков. Его-то вы точно видели. Этот говорит: «Лучше бы Россия Наполеону сдалась, тогда бы мы сегодня в цивилизации жили». Смените в этой фразе Наполеона на Гитлера, и вы сразу поймете, как часто с этим типом встречались, хоть в жизни, хоть в прессе, хоть в телевизоре.

Любой сознательный человек, вдумчиво "пробивший" роман про карамазовскую семейку скажет, что это всё чушь собачья! Ведь даже при беглом прочтении романа становится ясно, что персонажи совсем не таковы, как представляется попу Ткачёву! Ну, раз уж протоиерей приглашает "к размышлению на тему", давайте поразмышляем. Читателям, которые давно "Карамазовых" не читали и не помнят, что там к чему и кто есть кто, можно под кат не ходить. Перед заходом советую освежить классику. Тут, или, хотя бы, вот тут.
Read more...Collapse )

Писарев и Гоблин с Перцем 2
remi_meisner
Продолжение. Начало тут.

Сперва - небольшое отступление, касаемо технического момЭнта. Некоторых товарищей огорчило обилие ругательств в первой части обзора. Как говорил интеллигент из бородатого анекдота - "Ну, простите, граждане. Не сдержался". Но без ругани тут - никак. Трудно удержаться от брани, разбирая клеветнический наброс Паши Перца о великом русском литераторе и мыслителе, Дмитрии Ивановиче Писареве. Чтобы не шокировать наиболее благовоспитанных моих читателей, впредь все эпитеты, которыми я награжу г-на Пэрца в процессе разбора, будут заменены "звёздочками".

А зол я оттого, что идиотские выпады Перца против Писарева - это не результат верхоглядства, безграмотности и слабого знакомства с предметом. Не-не-не, ни хрена подобного! Это - именно что клевета.

Утвердиться в таком мнении мне помогло знакомство с книгой, на которую Перец ссылается - с биографией Писарева за авторством Соловьёва-Андреевича. Я-то сперва подумал, что Перец брал свою инфу о жизни Дмитрия Ивановича из какой-нибудь "жёлтой прессы" конца XIX века, из воспоминаний врагов Писарева, из книг каких-нибудь современных ублюдков-ретроградов. Но ведь Соловьёв-Андреевич Писарева буквально обожал. Образ никчёмного, истеричного, трусливого и эгоистичного чепушилы, который рисует ******* Перец, никак не соответствует образу талантливейшего, умнейшего, отважнейшего, честнейшего и до самых корней волос порядочного человека, который рисует Соловьёв-Андреевич. Единственное, за что биограф осторожно упрекает Писарева - так это за излишнюю категоричность суждений, да за привычку чересчур сильно увлекаться каждой новой идеей. Впрочем, оба эти недостатка вполне можно списать на молодость Дмитрия Ивановича. Где же пан Перец взял "закомплексованность" Писарева? Откуда он выкопал, будто Писарев "боялся всех"? Да сам выдумал, ******* этакая. Специально надёргал у Соловьёва-Андреевича боль-мень подходящих для гнусного дела цитат - не опасаясь, что зрители полезут проверять, ведь зрителей "Разведопроса" Паша держит за полных дебилов. Цитаты ещё и порезаны соответствующим образом. Ну, как с той цитатой, которую я в первой части обзора приводил. Про писаревский эгоизм. Пан Перец, сто **** ему в *****, приводит строчки из письма Писарева матери - про то, что Писарев "начал строить себе целую теорию эгоизма, любовался  на эту теорию и считал ее неразрушимою", но не приводит следующих строчек, в которых Дмитрий Иванович пишет, что эта его теория была "уродливой" и что он полностью от неё отказался через несколько месяцев после "постройки", причём успел, пока практиковал "сосредоточение в себе самом всех источников своего счастья", испортить отношения со множеством хороших людей.
Может быть, это случайность? Нет, закономерность. Точно так же Перец рассказывает, как Писарев распереживался из-за того, что его возлюбленная собралась замуж за другого, говорит, что Писарев собрался вызвать соперника на дуэль... И как-то эта история в воздухе зависла, Паша её просто оборвал. Так состоялась дуэль, или нет? Чем дело-то кончилось? Если уж упомянул важный эпизод из жизни человека - так расскажи всё до конца! Ан нет, ведь продолжение истории рисует Писарева с самой хорошей стороны, а это в концепцию ********* ****** Перца не вписывается.

В первом же письме к матери Писарев сообщил ей о том, что прояснило ему свидание с Гарднером, и просил передать все это кузине с возможно большими предосторожностями, просил приласкать ее в минуту тяжелого горя и помочь ей перенести грустное испытание. Он прибавлял, что его решение относительно кузины и собственной судьбы остается неизменным, но что повторять ей теперь свое предложение он счел бы неуважением к ее несчастной, сломленной в самом стебельке любви.

Перцу не понадобилось бы с головой зарыться в литературу, чтобы найти вот это вот "продолжение". В книжке Соловьёва-Андреевича этот эпизод идёт сразу после истории о том, как Писарев узнал, что его Раиса "полюбила другого". Что, опять Паша Перец, типа, "невнимательно читал"? Вот уж позвольте усомниться! А почему Перец ни слова не рассказал о студенческих годах Писарева? Тоже случайно? Или ему показалось, что тогда в жизни Дмитрия Ивановича ничего примечательного не произошло? Учился Писарев хорошо, закончил учёбу с отличием, получил серебряную медаль за свой диссер. Товарищи-студенты Дмитрия любили, не взирая на его сложный характер. Кроме того, студент Писарев рано начал самостоятельно зарабатывать - статьями и переводами - а редактора, с которыми Дмитрий сотрудничал, взахлёб его хвалили. Почему Паша Перец обо всём этом не поведал? ****! Можно возразить, что в этом "Разведопросе" речь шла о народовольцах, а о Писареве упоминалось только вскользь. Однако, Перец нашёл время, чтобы рассказать глупую историю о том, как маленький Дима Писарев играл с сестрёнкой, переодетой в мальчика. Перец нашёл время, чтобы рассказать глупые истории о том, как маленький Дима Писарев боялся домашней болонки, как он не смел без разрешения взрослых выплюнуть варенье изо рта...  Кстати, биограф пишет, что одну черту характера Писарев реально выработал в раннем детстве и пронёс через всю жизнь неизменной.
Read more...Collapse )


Про интеллигенцию
remi_meisner
Осваиваю Фейсбук потихонечку. Вот интересно - это мне только кажется, что там неадекватов побольше, чем в нашей родной жэжэшечке? Или дела реально так и обстоят? )

Сейчас вот наблюдаю спор интеллигентов. О русской, того рот наоборот, многострадальной культуре. Интеллигенты, как век с лишним тому назад, разделились на "западников" (сегодня можно эту группу условно обозвать - "геи-космополиты") и "славянофилов" (условно - "мракобесы-запутинцы"). Геи-космополиты призывают сограждан долбиться в жопу и идти в Европу, а мракобесы-запутинцы призывают в церкви лоб об пол разбивать и Российскую Империю возрождать. Блин горелый, про вторых-то красиво зарифмовать не получилось... Впрочем, и так сойдёт, полагаю - все мои читатели догадались, о каких группах идёт речь.

Так вот, видные представители этих двух групп заочно спорят о том, какой группе "принадлежит" тот или иной великий русский писатель. Очччень интересная дискуссия получается, хоть и заочная )) Можно проиллюстрировать её известной поговоркой о жабе и гадюке, или такой вот картинкой известного карикатуриста Ёлкина:

Ну, вы поняли.

Read more...Collapse )

"Очень посредственный писатель рукой"
remi_meisner
"Мы говорим о революционном классе, о революционной политике народа, я предлагаю вам взять отдельного революционера. Возьмем хотя бы Чернышевского, оценим его деятельность. Как ее может оценить человек, совершенно невежественный и темный?". - интересовался товарищ Ленин в 1919-м году.

Ты даже не представляешь, Владимир Ильич. Прикинь, если оценивать станет человек - мало того что тёмный и глупый, так ещё и злобный, лживый и испорченный до мозга костей? Феерично получится.

Не взыщите, дорогие товарищи, но сегодня мы поговорим не о продолжении книги Осипова и не о большевиках-искровцах. Сегодня (и в ближайшие пару дней) мы поговорим о маститом историке Сергее Вильянове, а точнее - о ролике, в котором Вильянов смело разоблачает писателя Чернышевского.



Сперва Сирожа рассуждает о том, что, мол, "мирская слава проходит весьма выборочно". Изумительный слог автора, лично мне сразу захотелось послушать, что этот Ляпсус Трубецкой наших дней скажет о Чернышевском .

Далее пациент говорит о том, что забвение иной раз бывает и заслуженным. "Например, когда речь идёт о творчестве писателя рукой Николая Гавриловича Чернышевского". "Писателя рукой", Карл!!!!. Когда маститый литератор Вильянов брякнул ТАКОЕ о Чернышевском, я испытал (выражаясь словами Охлобыстина, другого маститого литератора) "целую гамму чувств". Было ощущение, что нужно что-то сказать, но трудно подобрать слова...

"В масштабах русскоязычного пространства о нём забыли давно", - рассказывает Вильянов про Чернышевского далее. "В масштабах русскоязычного пространства"... Красиво изъясняется, очкастый. Могёт. Сгласен с Вильяновым, кстати. "В масштабах" этого чудесного "пространства" вообще много о чём и о ком забыли.

С чего бы Чернышевскому быть исключением? С чего бы Николая Гавриловича помнили люди, которые на полном серьёзе считают, будто "Пушкин дрался на дуэли с Есениным"?

Такая "забывчивость" соотечественников должна, по идее, культурного человека огорчать. Но Вильянов - не огорчён. Напротив, он "надеется", что Чернышевского "забыли навсегда".Read more...Collapse )

Про журнал "Субботник"
remi_meisner
Ко дню рождения Ленина предлагаю читателям интересный текст, которого нет в этих ваших инторнетах (по крайней мере, яндех ничего подобного не находит).

Мы все помним, что маленький Ильич бегал в валенках по горке ледяной; те, кто читал рассказы Зощенко, помнят, что маленький Ильич разбивал вазы, а потом честно признавался в этом маменьке; а те, кто читал пг'авдивые книжки г-на Солоухина, помнят, что маленький Ильич любил мучить животных и головы куклам отрывать. Интересно, как же на самом деле проводил своё свободное время юный Володя Ульянов и его братья-сёстры?

Например, вот так они развлекались (вспоминает старшая сестра Ленина, Анна Ильинична Ульянова-Елизарова):

Ulianova-Elizarova

Саша [Александр Ильич Ульянов] был всегда инициатором наших детских игр, и его участие придавало им наибольший интерес. Особенно яркое впечатление оставила одна его затея: выпускать еженедельный журнал, редактором которого он взялся быть. Журнал этот получил название "Субботник", потому что должен был появляться по субботам. Скажу мимоходом, что суббота была нашим любимым днем: уроки можно было отложить на воскресенье, а субботний вечер дать себе некоторый отдых в семейном кругу. Каждый из нас должен был за неделю написать что-нибудь на свободно выбранную тему; все эти листки передавались Саше, который вкладывал их без всяких изменений в приготовленную им обложку, добавлял что-нибудь от себя. И вот номер был готов и читался вечером в присутствии отца и матери, принимавших самое живое участие в нашей затее, к которой они отнеслись чрезвычайно сочувственно.
Помню их оживленные, довольные лица; помню какую-то особую атмосферу духовного единения, общего дела, которая обволакивала эти наши собрания. Теперь, когда я гляжу назад, мне кажется, что эти вечера были апогеем коллективной близости нас, четверых старших, с родителями. Такое светлое и радостное оставили они воспоминание! Конечно, материал для чтения был самый незатейливый, да и могло ли быть иначе при возрасте двоих сотрудников от семи - девяти лет? Но оба они взялись за дело очень охотно, изобретя себе и литературные псевдонимы: Володя (довольно коренастый в те годы мальчуган) назвался Кубышкиным; Оля, прозванная за проворство и живость обезьянкой, Обезьянковым. Конечно, меньшие склонны были откладывать задание до последнего дня. Помню особенно Олю, бегущую, после укоризненных напоминаний нас, старших, к себе наверх и скатывающуюся затем с лестницы со сложенным в четвертушку полулистиком бумаги. На нем под крупными, криво идущими карандашными строками - представлявшими все-таки связный рассказ - было начертано со свойственной ее возрасту орфографией: "Абезянков".
Затем все собирались в столовую для чтения. Младшие были очень заинтересованы внешним видом номера, загадками и шарадами, придуманными Сашей, исполненными им иллюстрациями. Помню, особый интерес и оживление вызвали юмористические изображения в красках обоих меньших. Были взяты курьезные моменты в их жизни, особенно понятные членам семьи. Так, Володя был изображен в кислом виде с опустошенным пакетиком из-под пирожков. Только что переступивший порог гимназии мальчуган доверчиво протянул товарищу свой пакетик, рассчитывая, что он удовольствуется одним пирожком; но тот забрал со смехом все содержимое, оставив Володю без завтрака. Оля была изображена отчаянно ревущей, а подпись гласила: "Оля, посылаемая спать". Живая девчурка очень не любила вечерний час, когда раздавался возглас: пора спать. Она уверяла, что вообще никогда не спит, а только лежит с закрытыми глазами, и встречала нежеланный приказ ревом, про который мы говорили: "Оля взвыла". Шарады и загадки тоже очень оживляли. Вообще Саша - серьезный и замкнутый Саша - проявлялся в этом журнале как веселый шутник, и его безобидная, ласковая шутка особенно сближала нас и придавала оживление всему предприятию. Он взял себе последний отдел: задач, ребусов - и подходящий к юмористике и так не подходящий ему вообще псевдоним – Вральман.
Я находилась в то время в периоде увлечения Белинским и была в твердом убеждении, что без отдела критики не может существовать ни один порядочный журнал, поэтому я дала разбор произведений прошлого номера, восклицая в конце: "А что же молчит наш почтенный Вральман? Что он ограничивается шутками и загадками?" и т. п. Критика сочинений меньших была, конечно, легкой задачей. Наибольший простор для нее дал мне более длинный рассказ Володи, в котором я подчеркивала разные невероятности и несоответствия, и я помню, с каким сосредоточенным вниманием слушал этот резвый мальчик новый для него род литературного произведения, не выказывая ни тени личной обиды, несмотря на язвительность некоторых словечек (ведь надо было подражать Белинскому). Заступилась, понятно, за меньших мать, выразившая сомнение, чтобы в нашем журнале следовало помещать такие разборы. Мать опасалась, вероятно, что критика отобьет у меньших охоту писать, и правильно считала, что каждый дает, что может, по возрасту. Но за необходимость критики высказался горячо наш редактор. Поддержал его и отец. Отрицательно отнеслась также мать к моим «стихотворениям». Но Саша так горячо возразил: «Ведь, кроме нее, у нас никто стихов не пишет», что вопрос был решен. В качестве редактора он горячо защищал интересы журнала, в котором должны ведь быть и стихотворения.
Но, несмотря на все его организаторские усилия, журнал после нескольких номеров прекратил существование. Причиной этого были как загруженность работой Саши, так и различие в возрасте двух пар, старшей и младшей, сильно препятствовавшее объединению их в одном деле. Младшие, как водится, стали скучать, игра утратила для них интерес новизны. Помню, что мать выражала сожаление о том, что журнал прекратился, и хранила довольно долго тетрадки его в разрисованной Сашей с фигурно выписанными буквами "Субботник" обложке.

Так вот, откуда у Ленина взялась привычка к литературному творчеству и публицистике! А я-то ещё недоумевал, как это Ильич умудрился - при таком-то напряженном графике работы - ещё и 58 томов всяких полезных текстов накатать! Надо взять этот метод на вооружение, завести дома стенгазету, или типа того )))

Вообще, воспоминания Анны Ульяновой-Елизаровой - очень интересная книга. Наверное, лучшая книга о семействе Вождя. Мне она понравилась больше, чем, к примеру, воспоминания другой сестры Ленина, Марии Ульяновой. У Марии Ильиничны мемуары суховатые и написаны немного, что называется, "казенным" языком. Кроме того, о своём гениальном брате Мария Ильинична вспоминает только и исключительно хорошее, из-за этого картина получается неполной, односторонней. А вот Анна Ильинична намного объективнее, она вспоминает и о шалостях Володи, и о его проступках, и о некоторых неприятных чертах его характера. Очень интересная книга. Буду, по мере прочтения, выкладывать тут наиболее занимательные эпизоды.

ЗЫ: Всех товарищей - с памятной датой!


Был день как день, простой, обычный,
Одетый в серенькую мглу.
Гремел сурово голос зычный
Городового на углу.
Гордяся блеском камилавки,
Служил в соборе протопоп.
И у дверей питейной лавки
Шумел с рассвета пьяный скоп.
На рынке лаялись торговки,
Жужжа, как мухи на меду.
Мещанки, зарясь на обновки,
Метались в ситцевом ряду.
На дверь присутственного места
Глядел мужик в немой тоске,-
Пред ним обрывок "манифеста"
Желтел на выцветшей доске.
На каланче кружил пожарный,
Как зверь, прикованный к кольцу,
И солдатня под мат угарный
Маршировала на плацу.
К реке вилась обозов лента.
Шли бурлаки в мучной пыли.
Куда-то рваного студента
Чины конвойные вели.
Какой-то выпивший фабричный
Кричал, кого-то разнося:
"Про-щай, студентик горемычный!"
. . . . . . . . . . . . . . . .
Никто не знал, Россия вся
Не знала, крест неся привычный,
Что в этот день, такой обычный,
В России... Ленин родился!


(с) Демьян Бедный. "22 апреля 1870 года".

Лебедев-Кумач и "переоценка ценностей"
remi_meisner
В дни тяжёлые сомнений
Сумрак тяжкий отгони.
Сладким мигом вдохновенья
Время скорби осени.
Пусть среди упадка духа
Словно вешний ветерок
Моего коснётся слуха
Радость рифм и стройность строк.
Чтобы тяготы отпали,
Чтобы снова сильным стать,
И дорогу от печали
Смог я людям указать.

Это Василий Иванович Лебедев-Кумач написал. В 1916-м году. Стих называется "Моление". Наивно, искренне и красиво. Если 18-летний юноша так пишет - нет никаких сомнений, растёт большой поэт.

Новый сборник стихотворений Лебедева-Кумача вышел. "Сердце, тебе не хочется покоя". Главная изюминка там - подборочка ранее не издававшихся стихов Василия Ивановича, его юношеские работы. Мне, если честно, позднее творчество поэта нравится намного больше, но это дело вкуса. В любом случае, большое спасибо составителям сборника за такие раритеты.

А вот за предисловие к сборнику - хуёв вам тачку, г-да составители. И дополнительную тачку того же самого товару - персонально Марии Деевой, которая гадкое предисловие написала. С омерзением цитирую это паскудство:

Война, чьи жертвы были колоссальны, беспощадность сталинских репрессий, послевоенные годы разрухи и неоправданных надежд заставляли людей многое переосмыслить. Уже в первые военные месяцы, отмеченные страшными потерями Красной Армии, Лебедев-Кумач пережил огромную переоценку ценностей. 16 октября 1941 года, когда в Москве была объявлена всеобщая эвакуация и мало кто сомневался, что город будет сдан врагу, доведенный до отчаяния поэт, на вокзале, при огромном скоплении народа, сорвал с лацкана пиджака и швырнул со словами проклятия в портрет Сталина свой орден. Этот поступок стоил ему многих месяцев, проведенных в Казанской психиатрической лечебнице НКВД, выбраться из которой удалось чудом. Потом был фронт, служба на Северном флоте, победный сорок пятый и тяжелая болезнь сердца, справиться с которой Василий Иванович уже не смог.
Read more...Collapse )

"Ещё более удивительное явление, нежели полкровати - это полное отсутствие кровати"
remi_meisner
Прислал мне приятель шикарную книжку - "По подвалам, чердакам и угловым квартирам Петербурга". Автор - "женщина-врач М. И. Покровская". Ох, люблю я этот дореволюционный стиль ) Отпечатана книжка в типографии П. П. Сойкина, в 1903-м году. Книжка описывает быт питерских работяг начала прошлого века. Почитал и весьма впечатлился. Я, конечно, не какой-нить режиссер Говорухин. Иллюзий о том, что дореволюционные работяги катались как сыр в масле - не питал. Но чтобы до такой степени...

Помните, граждане, как Достоевский неважнецкое жилье Роди Раскольникова описывал?

Это была крошечная клетушка, шагов в шесть длиной, имевшая самый жалкий вид с своими желтенькими, пыльными и всюду отставшими от стены обоями, и до того низкая, что чуть-чуть высокому человеку становилось в ней жутко, и всё казалось, что вот-вот стукнешься головой о потолок. Мебель соответствовала помещению: было три старых стула, не совсем исправных, крашеный стол в углу, на котором лежало несколько тетрадей и книг; уже по тому одному, как они были запылены, видно было, что до них давно уже не касалась ничья рука; и, наконец, неуклюжая большая софа, занимавшая чуть не всю стену и половину ширины всей комнаты, когда-то обитая ситцем, но теперь в лохмотьях и служившая постелью Раскольникову.

Классика! Не очень уютно, нес па? Впрочем, Раскольников же - типичный интеллигентствующий люмпен, бездельник и уголовник. Как известно каждому православному патриоту, в России, Которую Мы Потеряли бездельникам приходилось туго. И поделом! Надо лучше работать! А вот настоящие трудяги-рабочие в России, Которую Мы Потеряли жили лучше и богаче, чем советские академики, а бунтовали чисто с жиру или по наущению большевиков - врагов всего русского, то ли сионистских, то ли аглицких, то ли германских шпионов. Сравним быт раздолбая Раскольникова и быт питерских рабочих, которые (по мнению Говорухина) зарабатывали по 250-300 рублей в месяц и могли буквально обжираться икрой с ананасами.

Санитарный врач Александровской части, доктор Прокопович, дает несколько любопытных описаний квартир, занимаемых рабочими с Невской бумагопрядильни.
Квартира помещается во втором этаже старого каменного двухэтажного дома, в котором находится до двадцати квартир. Она состоит из трех комнат и кухни. Ход через кухню. Вода доставляется из Невы в бочках, хранится в кухне, в ушате. Ушат содержится грязно. Простое отхожее место на лестнице. В квартире шесть окон. Свету достаточно. В комнатах есть форточки, в кухне нет. Две голландских печи и русская. Стены выкрашены клеевой краской и носят следы сырости. Плата за квартиру 24 р. 50 к. без дров.


Такие вот трехкомнатные апартаменты. И аренда недорогая. Ведь "историки" навроде Говорухина с Солоухиным утверждали, что самый захудалый рабочий в Царской России получал минимум рублей 75-80 в месяц, а хорошие профессионалы зашибали до 500 рэ.. Значит квалифицированный работяга вполне мог снимать для семьи отдельную "трёшку", а неквалифицированные могли скинуться и снять одну "трёшку" на две-три семьи. Правильно? Неправильно. Рабочие Царской России о своих огромных доходах не подозревали, ибо книжек Солоухина не читали, а потому:

В ней [в упомянутой выше квартире] живет 29 человек: 24 мужч. и 5 женщин. В первой комнате живет 10 человек, спят на пяти кроватях, во второй и третьей по шести человек и по три кровати. В кухне семь человек и четыре кровати... Плата за кровать 3 р.

Я читал, во время Ленских событий 1912-го года одним из основных требований стачкома было - предоставить рабочим нормальные жилищные условия. Причем "нормальными условиями" считались следующие: "холостым одна комната на двоих и семейному одна комната". Бесившиеся с жиру работяги мечтали о собственных кроватях, о собственных жилищах и разговору не было. Я-то думал, что в столицах с этим делом полегче обстояло, чем на Ленских приисках, ан нет. Между прочим, все очень любят ругать ранний СССР за коммунальные квартиры, но в коммуналках-то как раз и приходилось "по комнате на семью", то есть чаяния работяг вполне оправдались.
Кстати, описанная квартира - вовсе не какой-то вопиющий случай, это норма.

По замечанию санитарного врача, таких квартир в этом доме несколько и взята типичная.

Такие квартиры считались неплохими и высоко котировались среди одиноких работяг. Семейные же работяги жили примерно вот так:

Квартира находится в четвертом этаже. Состоит из двух комнат, кухни и коридора. Простое отхожее место на лестнице. Воду возит дворник из Невы, в бочках. Вода хранится в баке, который содержится плохо. В квартире три окна, выходящих к отхожему месту и к помойной яме. Свету достаточно. В комнатах и в кухне есть форточки. Одна голландская и одна русская печь. В комнатах стены оклеены обоями, а в кухне и коридоре выкрашены клеевой краской; стены в углах и под окнами сыры. Затхлый и сырой воздух. Плата за квартиру 14 р. без дров.
В этой квартире живут преимущественно семейные рабочие с Невской бумагопрядильни. Всего 15 человек (6 мужч. 6 женщ. и 3 дет.) В каждой комнате помещается по две семьи (4 и 6 чел.) В кухне помещается четыре человека, а в темном коридоре одна женщина.


Как видим, семейным работягам приходилось делить кровать с женой, а не с коллегой-рабочим. Это, разумеется, приятнее. Но и обходится дороже.

По замечанию санитарного врача, в этой квартире плата за углы дороже, потому что здесь в комнатах просторнее и не так много набивается жильцов. Кроме того, квартира находится близко около фабрики. Вообще, говорит доктор Прокопович, за помещение, находящееся поближе к фабрике, платится дороже. Если плата одинакова, то самоё помещение теснее и грязнее.

Да-да, капитализм на дворе. За всё нужно платить. "Незнайка на Луне" вспоминается, сцена в гостинице "Экономическая". Впрочем, читаем далее:

В описании различных квартир очень часто упоминается о том, что одинокий рабочий не имеет отдельной кровати... На одной кровати спят по двое. В огромном большинстве случаев в его распоряжении находится не целая кровать, а полкровати... Спать вдвоем на одной кровати и неряшливо, и нездорово. При тех условиях, в которых живут рабочие, к неряшеству и заразе следует прибавить ещё другие неудобства... Полкровати нанимает каждый, кто сойдется с хозяином в условиях. Таким образом трезвому и чистоплотному может попасть в товарищи пьяница и неряха, порядочному и скромному - развращенный и бесшабашный. Какова будет жизнь лучшего из них при таком близком соседстве, каждый может себе представить. ...Одна кровать на двоих служит источником разного зла, ссор и неприятностей, которые разрушительно действуют на духовное здоровье рабочих.
Но в Петербурге существует ещё более удивительное явление, нежели полкровати - это полное отсутствие кровати и спаньё на рабочих инструментах.

Ага, описанное выше жилье - отнюдь не самый плохой вариант в столице России, Которую Мы Потеряли. Бывало и хуже. Вот, к примеру:

Квартира помещается во флигеле, в первом этаже. Состоит из трех комнат, нет ни кухни, ни прихожей. Отхожее место, общее для двух квартир, помещается в сенях. Водопровода нет. Вода доставляется дворниками из чана на дворе.
В этой квартире живут кустари корзинщики, которые работают здесь же. Всего 17 человек: хозяин с женой и 15 мужчин. Из них девять работают на себя, а шесть на хозяина.
В первой комнате помещается тринадцать человек. Кроватей нет. Спят на верстаках. Во второй муж с женой, а в третьей двое рабочих, которые спят на одной кровати.


Примерно как теперешние таджики-гастарбайтеры. Хотя нет, у теперешнего гастера все-таки собственное койко-место есть. По крайней мере, у тех гастеров, что я лично знал - были свои койки. Один узбек даже целых полвагончика себе огородил, ковер повесил, телевизор поставил, одним словом навёл уют, как в санатории. Только дальняк во дворе... Но это ж лучше, чем в сенях! Я что-то даже и сомневаюсь, с кем сравнить счастливых рабочих из России, Которую Мы Потеряли... Вот, в СИЗО бывает, что на пару человек одна шконка приходится, и сортир тут же, за перегородкой. Хорошее сравнение получается. Рабочие Царской России жили - как современные зэки. Только в СИЗО работать не надо, зэки имеют возможность спать посменно. Так что рабочие Царской России жили - в бытовом отношении - ХУЖЕ современных зэков. Современная РФ в этом плане Царскую РИ пока не догнала. Ничего, догоним ещё, какие наши годы. Капитализм так капитализм!

А Раскольников, скажу я вам, просто зажравшийся барин. У него, собаки свинской, софа в полкомнаты! И он на этом царском ложе в одну харю на массу давит! А ещё на условия жаловался, нытик малохольный. Депресняки у него от этой комнатки начинались, видите ли. От своей, сцуко, отдельной комнатки, с огромной софой и ажно тремя стульями! Пожил бы в одном помещении с 13-ю кустарями, поспал бы на верстаке, с рубанком заместо подушки - так крыша, небось, уже через неделю заморосила бы. Попал бы студент не на каторгу, а в жёлтый дом. Интеллигенты, сцуко, они жизни не знают. Другой литературный персонаж-интеллигент, профессор Преображенский, сетовал, помнится, что пролетарии не приучены свои грязные калоши в прихожей оставлять. Мол, все персидские ковры профессору затоптали. Быдлошариковы, ага. Всё от врожденного бескультурья, ага. Пороть на конюшнях, ага.